19 июля 2010 г.

4.

4-й - лучший курс, превосходный во многих отношениях. Как в песне кантри исполнителя Джейсона Блейна, "man, nothing seemed impossible or too far out of reach".

Первое сентября я встретил лёжа на траве под нереально синим и бестревожным небом канадской Альберты. От моих одногруппников в минском инязе меня отделяло полмира. Уже тогда я понимал, что у меня не хватит эпитетов, метафор и других тропов для того, чтобы рассказать о тех двух месяцах, поэтому я фотографировал. Фотография, как говорят, стоит тысячи слов. Из шести тысяч лучших были отобраны шестьсот. Мне кажется, какую-то толику абсолютно дикой красоты Скалистых гор и той маленькой части провинции Альберта, где я был, с их помощью и с помощью иссиня-чёрного мака передать удалось.

Банфф, провинция Альберта, Канада

Я вернулся в Беларусь седьмого сентября. Но в нашу 401-ю группу вернулись не все. Мы недосчитались двух Юр - Нежевца и Иванова, использовавших иняз как плацдарм-прикрытие в погоне за американской мечтой и оставшихся ради лучшей жизни, свободы и денег, с помощью которых всё это можно было приобрести, в Штатах. У каждого человека есть право на лучшую жизнь, право на достойную зарплату, только иногда мы не замечаем, как становимся заложниками этих самых прав. Иногда мы не замечаем, как, пройдя огонь, воду и медные трубы, вместо долгожданного и выстраданного счастья, мы попадаем, как гласит продолжение известной поговорки, к чёрту в зубы. Нужно сказать, что Юра Нежевец позже вернулся в иняз.

Учебный процесс в МГЛУ продолжался. К моему восторгу, преподавать практику языка у нас стала Гвен Стефани переводческого факультета Будникова Елена Игоревна, умеющая заинтересовать и вложить в нас душу больше, чем все остальные,. Мы пели песни, учили страны и столицы мира, смотрели видео про акценты и Джона Чепмена, читали британского постмодерниста Джонатана Коу и его "What a Carve Up!", готовили по книге проекты. В общем, я был рад, что вернулся. А история про Джона Чепмена добавила ещё больше уверенности в правильность моего выбора. Да и ещё Аристотель говорил: "Правильность пути, по которому ты идёшь, определяется тем, насколько ты счастлив, идя по нему". Но это счастье длилось недолго, и нас отдали в хорошие руки Манешиной Анастасии Владимировны. А ещё на 4-м курсе была специализация, и я, как и Юра Тихомиров 3 года назад, попал в группу синхронистов к Марковой Инне Андреевне, где меня сразу определили старостой. Время в этой группе было счастьем. На немецком с Марголиной можно было расслабиться, чего с Внук не происходило. На все лекции Стулова по английской и американской литературе я ходил с удовольствием, потому что они читались так, как должны читаться все интересные лекции. Очень нравились семинары по той же литературе со Жлобо. Меня удивил наш страновед, ветеран белорусского синхрона Козикис Дмитрий Дмитриевич, который в начале года сам подошёл ко мне и предложил написать курсовую и дипломную на тему моего реферата по летней практике - "Музыка кантри как феномен культуры англоязычных стран". Последовательный перевод у нас стала вести переводческая легенда - Плютов Вячеслав Сергеевич и делал это он так же превосходно, как и переводил.


Что касается общажного фронта, то там было всё с переменами. К лучшему. На 4-м курсе меня заселили в пентхаус 1315а с отличными соседями - мегаталантливым гитаристом-первокурсником Лёшей Худобой и просто хорошим человеком Васей Головкиным. Это было в октябре, а первый месяц я временно жил в 215б. Интересный факт: когда переселялся в 1315, на моё место в 215б пришёл первокурсник Андрей Сырисько. Ещё не будучи с ним знаком, я уже понимал - моя интуиция подсказывала? - что-то насчёт него. Как потом оказалось, этим чем-то оказалось родство по духу и его поездка на пару с Ильёй Волковым на Байкал автостопом. Нужно сказать, что благодаря Андрею я многому научился, а за поход на выставку Рериха ему отдельное спасибо.

Говоря о походах. В конце сентября Сергей Быков вместе с Колей Цицаровым пригласили меня в велопоход, и то было прекрасно, потому что мы ездили по живописным местам в районе Вилейки, фотографировали белорусские пейзажи и общались. Коля удивился, когда узнал, что я только 4-й курс, потому что рассуждаю как 40-летний. Я тогда подумал, неужели так занудно, как умудрённый годами моралист-дидактик? Не знаю. Но убунту - моя самая любимая операционная система (с). :) Я же удивился год назад, когда познакомился с Колей и узнал, что он, как и я, намеревается когда-нибудь пробежать марафон. Удивился и обрадовался. 27-го октября был ещё один поход - высадка на территорию пентхауса десанта в лице Сергея, Коли и Макса Хадкевича. За крепким чаем, тортом и виноградом мы говорили о философии, Коля показывал свои фотографии, а я - свои канадские. Потом было ещё несколько чаепитий, во время которых я делился фотографиями. И, как показало лето девятого, одно из них пробило окно в иной, запредельный мир, где обитает синхроничность, музыка Трейси Чепмен и где на ветреных холмах Шотландии, над которыми встаёт солнце Карин Полуарт, цветёт вереск и спеет ежевика. Речь идёт, конечно, о распитии зелёного чая из двух верхних листочков, собранных на рассвете восьмилетней девственницей(с). Пили чай с финиками и смотрели фотографии мы с Сашей Музыкантовой.

Николай Цицаров

Я продолжал работать в компьютерном классе французского языка, но в этом году меня приглашали переводить то в Беловежскую пущу для UNESCO, то снова для врачей и медсестёр в ДКХЦ. Манешина пригласила озвучивать диск для "Вышэйшай школы". Также был синхронный перевод на пресс-конференции Life :) - в напарники я позвал Вадима Овсяника. Помню, как сразу после того перевода, едва успев переодеться, я сел на поезд до Санкт-Петербурга, который собирал в начале декабря друзей-волонтёров со всей Европы. Позвал меня Илья Серченя, и было там хорошо: отличные новые знакомые (Винница, Иркутск, Пермь, привет!), фантасмагорическая презентация нового альбома "Лошадь белая" на 55-тилетии Аквариума, во время которой я "восхитился и был контужен", и - снова - синхронный перевод во время докладов в последний день фестиваля, когда местные студентки не справлялись.

Аквариум в Санкт-Петербурге

Если говорить о концертах в том семестре, то помимо Аквариума был ещё один - Светланы Сургановой с акустической программой, не оставивший особого следа в памяти.

Устные переводы продолжились в феврале во время зимней практики. Маркова Инна Андреевна пригласила меня переводить семинары в Витебске для Красного Креста. Отличный опыт.

Была весна. Я учился, помогал людям, в апреле в Минск снова приезжал Борис Гребенщиков с группой, ожили волшебные СМС, и моя любовь к миру сфокусировалась на одном человеке. Я влюбился окончательно и бесповоротно. Пройдёт время, и многое сотрётся из памяти, но эта встреча пронесётся у меня перед глазами за минуту до смерти. Вспоминая ту встречу, я не могу не думать о том, что - ещё бы секунда - и мы, возможно, никогда бы не узнали о существовании друг друга. Моё солнечное сплетение плясало огненную джигу, внутри расцветали лотосы, а ощущение бесконечности растекалось по телу, как живительная влага в жаркий полдень. Эта любовь помогла мне осознать, что на самом деле важно не быть любимым, а любить и что, как говорил классик, "любовь - это состояние, в котором счастье другого является непременным условием твоего счастья". Мы встретились в этой жизни - какое чудо. А что, если мы, со стёртой памятью и в других телах, узнаем друг друга в следующей? Это будет чудо из чудес.

Но пока была эта жизнь, в этом теле, и нужно было как-то жить дальше. Как пела Джони Митчелл, "мы пленники на карусели времени". Продолжились пробежки, переводы и поездки. Во время одной из пробежек я сформулировал тему своей курсовой: "Синхронный переводчик с позиции философии аюрведы". Эта философия показалась мне интересной. А потом я понял, что индусы знали ответы на многие современные вопросы тысячи лет назад. Перевод моего стиха, выбранного как лучший, мы с Инной Андреевной, Сьюзан из Красного Креста и американцем Фрэнком, представляющих в Беларуси несколько НПО, завезли в музей в Ивенец. Дальше были весёлые поездки в Мир, Несвиж и Полоцк. Мой ДР, на который пришло, как никогда, много людей праздновали в стиле 1984 - Оруэлла вкупе с Анаис Митчелл. Много времени проводил в компании иностранцев в общежитии. А ещё были переводы на семинаре "Укрепление службы сестёр милосердия" для Красного Креста. Тот синхронный перевод определил не только лето девятого, но и многие мои последующие события. На семинар из запредельно, как тогда казалось, далёкой Шотландии приехал ботхисаттва по имени Джонни. Как раз в то время я искал пути попадания в Италию, куда меня этим летом звали ребята: для того, чтобы объездить все места, где я намеревался побывать тем летом, денег нужно было, как я тогда думал, очень много. Поговорив с Джонни, я решил ехать в Италию этим летом так, как приехал в Беларусь он - автостопом. А ещё, когда он пришёл к нам в гости на пару по синхронному переводу (за всё время это был первый native speaker), Оля Салей спросила у него, из какого он города. Он ответил, что из шотландского местечка Банфф. Это всё, что мне тогда нужно было услышать, чтобы понять, где мне нужно непременно побывать этим летом.

Банфф, Шотландия - Джонни рассказывает, откуда он родом, в инязовской аудитории А311

(слева направо) директор ивенецкого музея, Маркова Инна Андреевна, Сьюзан Эглофф

Той весной я открою для себя феномен новых начал и найду Стива Хауса.

Дальше - концерты Аквариума, Drum Ecstasy, в Минск снова приехала Мельница. С одногруппниками мы ездили в Гродно на "Ляписов". Был мегафестиваль белорусской музыки Беламьюзик на "Боровой", во время которого я чётко осознал, что я - белорус! Музыка была прыгожая, быў дождж, сонейка і вясёлка. Спявалі Палац, Крама, J:Морс і іншыя. Было шыкоўна! А на следующий день после фестиваля как разогрев перед Италией я поехал на презентацию нового альбома группы Lumen. Альбом назывался "Мир", а поездка стала началом самого масштабного за всю мою жизнь крушения стереотипов. Я не понимал, почему тогда произошло то, что произошло. Я негодовал, почему мне никто не рассказал, что БЫВАЕТ ТАК! Секунды, и мы со Сьюзан могли бы не встретиться. Юнговская синхроничность здесь прослеживается явно, а ответом на вопрос, почему произошло то, что произошло, может стать эта строчка из диплома Юры Тихомирова: "Главная цель Красного Креста - прочный мир".

 Мае беларускамоўныя аднагрупнікі - Андрэй Курылёнак і Вольга Капылова на першым беларускім оупэн-эйр "Беламьюзік"

Вясёлка "Беламьюзік", калі спяваў "Палац"

Конец июня. Виза в Италию на месяц в кармане, я бегу вокруг Комсомольского озера второй полумарафон, еду заряжаться духовно в Браслав, а потом - главное приключение лета, и заодно всей моей жизни - автостоп в Италию! Как пела Джонни Митчелл, "я путешествую по одинокой дороге и что-то ищу. что это может быть?" Назад в Беларусь через два месяца вернётся совсем другой человек. Будет чудо из чудес, если мы узнаем друг друга в этой жизни.

--
0.
2.
3.
5.

1 комментарий: